Два с половиной тысячелетия назад кочевники готовы были сойтись в неравной схватке с превосходящим войском царя Дария, но уклонились от битвы. Персидского монарха терзала мысль, почему скифы избегают генерального сражения? Вскоре гонец принес ответ: кочевники не хотят напрасно проливать кровь, они пойдут на смерть только в том случае, если иноземцы разрушат могилы их предков. Этого не случилось тогда, однако уже в наши дни тысячи величественных степных курганов перестали существовать.

Парадоксально, но народ, давший социальный заказ на эту чудовищную акцию, всегда подчеркивал свое прямое родство с миром степных номадов. По сей день мы продолжаем стирать с лица Земли исторический ландшафт, свое культурное наследие. Древнейшие памятники исчезают, а на их месте остаются котлованы.

Человеку, не искушенному в вопросах археологии, слова "памятник исследован полностью" не раскроют истинной причины трагедии. Правда, специалистам хорошо известно, что это означает только одно - памятник перестал существовать. Словом, был, и теперь его нет - умер...

И вот характерный пример. Согласно инструкции, действующей еще с советских времен, при составлении "Свода памятников истории и культуры" полностью раскопанные памятники в него не включаются. То есть их просто нет среди существующих. А ведь вместе с тем обществу, по сути, предлагается забыть, что на данном месте когда-то был курган, древнее поселение или еще что-нибудь. Таким образом, уничтожается не только так называемый "археологический объект", стирается память о нем.

Тут впору задуматься: что приобрела и что потеряла культура? Причем, следует помнить, утраты невосполнимы.

Судя по научной документации, ежегодно в Казахстане исчезают десятки курганов. Один только Каратауский отряд Южно-Казахстанской комплексной экспедиции в начале 70-х за четыре года вскрыл 65 курганов. После чего эти древние погребения перестали существовать. На наших глазах гибнут целые могильники и курганные группы. Так, экспедиция Джезказганского историко-краеведческого музея в середине 80-х из 17 сооружений на могильнике Уйтас-Айдос раскопала 14. В результате уникальные памятники эпохи бронзы уничтожены до основания.

Эти примеры из нашего недавнего прошлого были опубликованы три года назад во втором выпуске сборника научных статей "Вопросы археологии Казахстана". Я наугад взяла его со своей книжной полки, хотя под руку могло попасться любое другое издание из той кучи научной документации, что накопилась за долгие годы научных "исследований".

Неужели задача археологии состоит в том, чтобы получить максимальную информацию любой ценой? Не пора ли задуматься о разумном сокращении масштабов раскопок, не говоря уже об изменении психологического подхода к полевым исследованиям?

Больно смотреть, когда курганную насыпь сносят бульдозером, а ведь одно время их взрывали динамитом. Если подобная практика утвердится в казахстанской археологии, то, следует полагать, «Свод памятников истории и культуры» со временем превратится по своей аналогии в печально известный «Список Шиндлера».

Думаю, что археология как наука, изучающая культурное наследие, сама должна стать культурной наукой. Этого можно достичь только в том случае, если слагаемые предметности и содержательности будут производиться не только от накопленного опыта, но и от культуры вообще.

Значимость такого подхода особенно очевидна на фоне зарубежной практики, которая упорно доказывает, что нет необходимости полностью раскапывать памятники истории и культуры "до материка". Ведь до сих пор ни кому и голову не приходило снести египетские пирамиды. Сама эта мысль кажется кощунственной. Но разве степные курганы по своей сути - это не те же пирамиды? Почему же отношение к ним должно быть иное.

Безусловно, есть в казахстанской практике примеры, когда исследованные памятники музеефицировали, но они единичны. Одно время даже казалось, что отечественная археология пойдет именно по этому благородному пути развития. Когда-то об этом с помпой писали газеты, да и сами ученые предлагали создать из Казахстана "музей под открытым небом". Сегодня эти слова способны вызвать, пожалуй, только грустную улыбку. Их прямодушная утопичность так очевидна и так уязвима!..

Многие понимают, что эта идея заведомо обречена. Перспективы у нее есть только в тех странах, где хорошо развита сфера туризма. К разряду таких государств Казахстан, увы, не относится. Плюс ко всему в конце 1995 года был разогнан Департамент историко-культурного наследия Министерства культуры РК. В эту организацию входили областные инспекции, 22 реставрационные мастерские и их производственные базы, Институт материальной культуры, 8 государственных историко-культурных заповедников и музеев-запаведников.

Теперь всего этого нет. Ломка привела к тому, что сегодня в археологии сложилась эсхатологическая ситуация, когда шаг вперед может стать шагом в бездну - моральную или реальную. А сами ученые уже давно превратились в рабов обстоятельств. Уверен, что подобное положение сложилось не только в Казахстане, и как это иначе называть, если не политикой?..

ХайВей